В понедельник корреспондент «АК» отправился с правоохранителями в рейд по семьям, где уже фиксировались факты домашнего насилия

«И так прекрасно возвращаться под крышу дома своего». Это аксиома для подавляющего большинства: удельный вес преступлений, совершенных в сфере семейно-бытовых отношений, не превышает 2-3% от общего количества уголовно наказуемых деяний. Но для жертвы домашнего насилия нахождение «под крышей дома своего» нередко просто ужасно: там — близкий человек, бьющий смертным боем.

Любовь с ароматом перегара

Полуразвалившийся забор «через штакетину», двор в буром бурьяне, годами не видевшем косы, окна в доме затянуты драным полиэтиленом. Неужели здесь кто-то может жить? Начальник отдела охраны правопорядка и профилактики РОВД Андрей Городецкий кивает: «Парочка, лет 15 как. Оба пьют, не работают. Кстати, нужно им заодно вручить уведомление об участии в профмероприятии по трудоустройству».

В темную комнату (электричество отключено за не-  уплату) нас впускает женщина неопределенного возраста. Она расписывается в получении уведомления, а вот ее бойфренду документ вручить невозможно: вусмерть пьяный, он спит на одной из груд тряпья.

Предлагаем хозяйке отвезти ее на указанное мероприятие в отдел занятости. При свете дня становятся видны синяки на лице женщины, плюс, усаживаясь в машину, она со стоном хватается за бок. «Снова?» — сочувственно спрашивает Городецкий. Дама растягивает разбитые губы в неожиданно кокетливой улыбке: «Ага, опять приревновал!»

* * *

Судмедэксперт, помимо повреждений лица, обнаружил у женщины трещину ребра. Но заявление на сожителя, уже трижды судимого за домашнее насилие в отношении нее (причиной побоев каждый раз становилась ревность), 44-летняя гражданка писать отказалась: мол, любовь у них сильная. И, конечно же, гордо привела неизмеримый в своей дикости для современного человека домостроевский довод: «Бьет — значит любит».

Как подчеркнул Андрей Городецкий, если жертва отказывается от взаимодействия с правоохранительными органами, то процесс привлечения насильника к ответственности может быть затруднен. Но в данном случае истязатель- алкоголик-тунеядец ее понесет: майор милиции Городецкий подал рапорт на возбуждение уголовного дела по ст. 154 УК страны.

«И матери сердце»…

Побывав в нескольких  семьях, где сейчас всё благополучно, отправляемся в небольшую деревню. Цель — провести беседу с бывшим мужем сельчанки. Женщина, которую он ранее истязал, с абьюзером развелась, он уже понес за это уголовное наказание, но сейчас снова к ней наведывается, устраивает скандалы — чаще всего, когда пьян. После очередного она вызвала милицию.

Как выяснилось, бывший супруг теперь живет в доме матери. Туда и отправились. Мужчина нетрезв, на лице его мамы явные следы побоев. Плачущая пенсионерка рассказывает: это не впервые. Перебравшись в отчий дом, недосын продолжил бить — теперь мать. За что? Оказывается, она ему замечания делала: зачем пьешь, почему на работу не устраиваешься? В конце января истязал ее три дня подряд… Почему не обращалась в милицию? Так ведь своя кровиночка, сын.

То ли к месту, то ли не к месту вспоминаются строки из школьной хрестоматии: «И матери сердце, упав на порог, спросило его: «Не ушибся, сынок?»» — над стихотворением Дмитрия Кедрина о безмерной материнской любви рыдал, наверное, каждый школьник. Но, похоже, не этот ныне 35-летний мерзавец.

* * *

Мужчина был задержан и отправлен в ИВС — мать написала-таки заявление на истязателя, хотя Городецкий не уверен, что она его не заберет. Но мужчина всё равно будет наказан: сейчас идет проверка материалов в рамках возбуждения уголовного дела по ч. 2 ст. 154 УК, санкция которой предусматривает наказание вплоть до пяти лет лишения свободы.

Молчание смерти подобно

В дом, где чуть не произошла трагедия, корреспондента не звали: милиционерам нужно было действовать крайне оперативно. Так что о событиях, ставших частью фабулы уголовного дела по ст. 186 УК «Угроза убийством, причинением тяжких телесных повреждений или уничтожением имущества», рассказывает сам Андрей Городецкий:

— Во вторник милицию вызвала жительница многоэтажки на окраине города,  услышавшая страшные крики из соседней квартиры, где живут молодая женщина и ребенок. Когда опергруппа прибыла на место, пришлось вышибать дверь и в буквальном смысле отрывать от шеи женщины руки бывшего мужа, который ее душил.

Он три недели назад вернулся из лечебно-трудового профилактория, всё это время звонил бывшей супруге, угрожая убить, — и решил перейти к действию. Причем ранее он уже отбывал наказание в местах лишения свободы за истязание жены. Когда выпивал — начинался кошмар. Жену систематически бил, запугал настолько, что она боялась ложиться в кровать, если там уже спал пьяный супруг; забивалась вместе с ребенком в угол и так коротала ночи. Но заявление в милицию на мужа никогда не писала, молчала и хранила от всех в секрете, что происходит за закрытыми дверями. Видите, к чему в итоге это привело?..

* * *

Домашнее насилие — повторяющийся с увеличением частоты цикл: сначала это «просто» словесные оскорбления, потом причинение физической боли, впоследствии перерастающее в систематическое избиение и истязание, а частота повторения насилия и степень жестокости неизбежно возрастают.

Не молчите!

Обращайтесь за помощью:

• в РОВД — тел.: 102, 51-890;

• Осиповичский центр социального обслуживания населения (ул. Дзержинского, д. 66, каб. 12), 56-238, по вопросу предоставления услуги временного пребывания +375 29 323-89-23 (круглосуточно);

• ЦРБ. Если вы пострадали от физического насилия, обратитесь за медпомощью, зафиксируйте побои: в дальнейшем заключение врача поможет наказать преступника. Тел.: 103, 24-320.