Около 400 банкнот из 30 стран мира собрал в своей коллекции житель Татарки Игорь Сащеко

Интерес к купюрам разных государств и исторических периодов у Игоря появился года два назад. А все началось так: перебирая старые вещи, он нашел в кармане одной из них ассигнацию, которая давно вышла из обращения. Стал изучать историю денег нашей страны, а потом незаметно и первые коллекционные экземпляры появились. И, хотя интересуется он всеми денежными единицами, но собирать стал преимущественно бумажные купюры — увлекся бонистикой.

Прошло не так много времени, а сегодня в альбомах Игоря есть банкноты Кыргызстана, Конго, Анголы, Египта, Ирака, Гамбии, Словении и многих других стран мира.

Присутствуют болгарские левы, китайские юани, турецкие лиры, монгольские тугрики, молдавские леи… Однако наиболее ценными коллекционер считает деньги Российской империи XIX века — внушительного размера, с царскими портретами и подписями управляющего Госбанка и кассира. Кстати, некоторые коллекционеры собирают денежные знаки тех времен, именно ориентируясь на эти фамилии. А еще есть у Игоря деньги Германии 20-30-х годов, когда еще Европа не успела содрогнуться от нашествия коричневой чумы, а также чуть более поздние банкноты, которые фашисты стали выпускать на оккупированной территории Западной Украины.

Удивляют венесуэльские купюры, на одной из сторон которых изображение расположено вертикально. А еще деньги несуществующего государства, которые выпускал когда-то великий “волшебник” и знаменитый махинатор Сергей Мавроди. Отдельно скромно приютились белорусские купоны 90-х, которые не являлись платежным средством, но давали разрешение на приобретение определенного товара (было и такое).

Своему увлечению Игорь Сащеко отводит немало времени: изучает информацию, переписывается с единомышленниками, ищет пополнение для коллекции. Мечтает приобрести банкноту номиналом пять миллионов белорусских рублей, которая была в обращении до последней деноминации. Обменивается с другими коллекционерами двойными купюрами. А еще ищет необычные. Например, с дефектами печати, наслоением номеров или пропущенной буквой или цифрами, идущими в порядке возрастания или убывания.

Хотя Владимир Маяковский считал, что “к нумизмату стершийся пятак” доходит очень просто и прозаично, хочется с ним не согласиться: каждая монета и купюра имеет свой путь. Например, некоторые экземпляры хозяин коллекции приобретал у студентов Белорусской сельхозакадемии в Горках, а отдельные даже выменял… на кирпичи. Но не на простой строительный материал, а на несколько кирпичей Розенберга, которые коллекционирует его знакомый Сергей Гринь. Можно сказать, продал тогдашний товар за тогдашние деньги. А если серьезно, то деятельностью бобруйских кирпичных магнатов Игорь тоже интересуется. И даже подарил на день рождения одному из собирателей предметов старины по фамилии Акулич … два кирпича с выбитым на них именем производителя — «Акуличъ».

Кстати, в жизни Игоря было и еще одно интересное путешествие в историю, которое якобы предсказало его будущее увлечение. Когда его семья купила квартиру, среди ненужных вещей бывшего хозяина нашли книгу 1887 года издания, написанную на арабском языке с белорусским переводом, которую затем передали в Национальную библиотеку страны. Так что о раритетных вещах Игорь может рассказать немало.

К его коллекции с интересом относятся жена Надежда и дочь Симона. И если, например, для других детей Мадагаскар ассоциируется с известным мультсериалом, то для Симоны скорее с его денежной единицей — ариари.