Память

Приближается важная для многих, кто был и остается в рядах Вооруженных Сил, дата — 25-летие вывода советских войск из Демократической Республики Афганистан. На Осиповщине проживает немало прошедших суровые испытания, участвуя в боевых действиях на территории этой страны, и сегодня «районка» начинает цикл публикаций о тех, кто честно выполнял свой интернациональный долг там, далеко «за речкой». Открывая его рассказом о человеке, который прошел ту войну в должности советника начальника артиллерии афганской мотострелковой дивизии.

Юрий Иванович Коровин — подполковник запаса, кавалер орденов «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» III степени и Красной Звезды ДРА. Родился 11 мая 1942 года в селе Сторожевое Воронежской — сейчас Липецкой — области. Воспитывался у бабушки Дуни — матери отца. Три ее сына были офицерами, прошли всю Отечественную войну, вернулись с боевыми наградами, и она ими по праву гордилась.

— Вопрос «Кем быть?» для меня не стоял, — вспоминает воин-интернационалист. — Идеал — отец и дяди, поэтому в 1960 году и поступил в Тамбовское артиллерийское техническое училище. Среднее: тогда высших было мало. Когда в конце учебного года желающим курсантам предложили перевестись в Сумское артиллерийско-ракетное училище, то согласился: в Вооруженных Силах стали появляться ракетные войска, а новое всегда есть новое…

По окончании учебы в 1963 году офицер прибыл в Осиповичи, где была расквартирована ракетная бригада. Однако прослужил у нас недолго: через пару лет ракетчиков вывели под Пружаны, а его направили в Группу Советских Войск в Германии.

Почувствовав, что имеющихся знаний маловато, получил вначале высшее военное образование в Пензенском артучилище, а затем закончил еще и Ленинградскую артиллерийскую академию — факультет руководящего состава.

Шесть лет служил заместителем командира отдельного ракетного дивизиона по вооружению в Южной Группе Войск и Приволжском военном округе, столько же — начальником службы ракетно-артиллерийского вооружения в 81-й мотострелковой дивизии — полнокровной, 12 тысяч военнослужащих — в Краснознаменном Дальневосточном округе. Располагалась она в трех километрах от границы с Китаем, так что прямо из окон своего кабинета на третьем этаже рассматривал территорию соседнего государства. И сегодня хорошо помнит конец 1984 года, когда дивизия подверглась внезапной инспекции Минобороны. Военным вряд ли надо объяснять, что после подобных ревизий можно было запросто расстаться с партбилетом и, автоматически, с армейской  карьерой, получить взыскание, понижение в звании и должности. А вот у Коровина на груди появился орден!

После вызова на военный совет и предложения стать советником в жаркой стране в августе восемьдесят пятого Юрий Иванович оказался в Афганистане.

— Семью тогда отправил из Душанбе, где служил перед убытием в Кандагар, к родителям жены в Осиповичи — так на душе было спокойнее, — вспоминает он. — А вообще пришлось сменить 13 гарнизонов, в которых далеко не всегда все было цивилизованно. И водой только привозной приходилось пользоваться, и работы для супруги, как и детского садика, не было, и жили порой в таких условиях, которым вряд ли кто позавидует…

Военные советники летали на «аннушках» с афганскими летчиками. Продукты питания получали в Кабуле, хлебом обеспечивала 70-я отдельная мотострелковая бригада. Его там на полевом передвижном хлебозаводе выпекали, кстати, очень вкусный.

Юрий Иванович не скрывает, что первые месяцы после прибытия на чужую землю было жутковато. Постоянно находился среди афганцев и хорошо знал, что те нередко расправлялись с советниками и уходили в горы с вооружением и техникой целыми подразделениями. Где-то после 10-11 вечера свет отключали, и начинали обстреливать моджахеды. Но здесь, как говорится, без выбора, человек не всегда вправе поступать так, как хочется…

— Убитых и раненых среди нас не было, но нервы натянуты до предела, — говорит он. — Пришлось принимать участие во всех боевых операциях в составе афганской мотострелковой дивизии, которая воевала много. И потерь среди личного состава здесь хватало. Сопровождали колонны через «зеленую зону» Кандагара, вместе с советскими подразделениями «зачищали» кишлаки и выбивали оттуда бандформирования. Душманы, кстати, всегда отчаянно сопротивлялись, так что приходилось драться буквально за каждый дом, каждую улочку. Афганцы-артиллеристы безжалостно подавляли любое строение, откуда велся огонь. Причем, стреляли вполне прилично, наша учеба шла им на пользу. Кандагар, кстати, был сильно разрушен, но все равно из руин навстречу колоннам неслась смерть…

Не раз потом спрашивали, было ли там страшно. Можно, конечно, ответить красиво, но обманывать не могу. Думаю, что на войне страшно всегда. И попасть в плен человек боится, и оказаться раненым, беспомощным. А разве не было страха, когда, например, летел самолетом в Кабул и уже стали заходить на посадку, а на полосе — десятки разрывов?

В Афганистане мог погибнуть десятки раз: летать приходилось часто, а у душманов уже появилось грозное оружие — американские «Стингеры». Да и вообще разве в ходе боевых операций был кто-нибудь застрахован от подрыва на мине или фугасе? Только о плохом старались не думать, чтобы лишний раз не травмировать психику…

Его судьба миловала: за 2 военных года не получил контузии или ранения, даже не заболел. Своим ангелом-хранителем Юрий Иванович и сегодня считает Тамару Константиновну — настоящую офицерскую жену, надежный тыл. 37 лет прожили они вместе, и супруга всегда шла за мужем в огонь и в воду. Теперь уже, к сожалению, ее рядом нет…

С армейской службой Коровин простился в 1988 году. Шесть лет работал инженером по технике безопасности в автопарке-19, пятнадцать — заместителем директора СШ-1 по хозяйственной части. Сейчас на заслуженном отдыхе, радуется успехам дочери и сына, обожает любимых внучек. Много читает, следит за событиями в Беларуси, России, вообще в мире. Словом, интересуется всем, живет полноценной жизнью. И в памяти хватает места и афганским воспоминаниям…

Георгий АЛЕЙНИКОВ.