Лес имеем!

В октябре в Жорновской экспериментальной лесной базе прошел международный научно-практический семинар на тему «Современные методы создания и выращивания высокопродуктивных лесных насаждений». Среди VIP-участников мероприятия, приуроченного к празднованию 90-летия ЖЭЛБ, был и первый заместитель министра лесного хозяйства страны Александр Кулик, в разговоре с которым наш корреспондент попытался выяснить позицию руководства отрасли по ряду ключевых вопросов белорусского лесоводства.

— Александр Антонович, давайте рассмотрим известное выражение «лес — наше богатство» в контексте реалий и перспектив развития белорусской экономики…

— С 1988 года доля спелого леса увеличилась с 2 до 12, лесистость территории возросла до 40%. Наши леса могут давать 18 миллионов кубометров древесины ежегодно. По программе развития лесоводства до 2030 года лесистость увеличится еще на 2%, а размер расчетной лесосеки составит около 15%. При этом объем заготовок древесины возрастет примерно в два раза.

Созревание деревьев — процесс необратимый, поэтому «собирать урожай» нужно своевременно. В ближайшие годы концерном «Беллесбумпром» планируется построить несколько крупных предприятий, что вместе с модернизацией уже созданных производств создаст необходимый для эффективной работы запас мощностей лесопереработки. Уже в недалеком будущем вклад лесного хозяйства в формирование валового внутреннего продукта страны вполне может достигнуть уровня Швеции и Финляндии.

— Сегодня лесхозы относятся к дотационным предприятиям. Выйдут ли они на самоокупаемость при реализации озвученных планов?

— Дотационность лесохозяйственных учреждений в значительной степени условная. В бюджете лесхозов доля собственных доходов составляет 70%, а поступления из госказны на посадку и защиту лесов — 30. При этом налоговые отчисления от лесного хозяйства вдвое превышают размер получаемых дотаций.

Но вопрос о структурных изменениях лесного хозяйства — разделении функций выращивания лесов и заготовок древесины — действительно назрел. Из возможных путей реформирования наиболее приемлемой для наших условий хозяйствования и менталитета выглядит польская модель, основанная на государственно-частном партнерстве. У западных соседей вместо лесников — мастера охраны леса, а заготовками занимаются специализированные частные предприятия, оснащенные современным высокопроизводительным оборудованием. Кроме прочего, такое разделение функций позволяет решить проблему все более ощутимой нехватки рабочих рук — неизбежного следствия сокращения численности сельского населения.

— Лес растет медленно, а потребность в тех или иных породах древесины меняется довольно быстро. Какие деревья сегодня выгоднее сажать, а какие — рубить?

— Пожалуй, в будущем малоперспективных пород не будет вообще, поскольку из-за роста потребности энергетики в топливной щепе все более востребованной становится и самая низкокачественная древесина.

Сегодня есть очень высокий спрос на березу — сырье для фанеры стоит больше, чем пиловочник сосны, и на ольху — цена кубометра досок из этого дерева превышает 300 долларов.

Однако специально сажать мелколиственные деревья не нужно. Что же касается всегда востребованных хвойных лесов и дубрав, то сейчас стоит задача повышения качества молодых посадок. Современные технологии — создание культур с закрытой корневой системой (принцип такой же, как пересаживать из теплицы рассаду, выращенную в саморазрушающихся горшочках) позволяют сохранить практически каждое растение. В Финляндии этим способом сажают 90% лесов, у нас — значительно меньше.

— Ресурсы леса не ограничиваются одной древесиной — побочное лесопользование ежегодно дает приличный доход сотням тысяч грибников и ягодников. Но предприятия Минлесхоза использование этой статьи лесного дохода не контролируют…

— Свободный доступ к продукции побочного лесопользования — сбор грибов, ягод, лекарственных растений — это проявление социальной направленности политики нашего государства. Хотя для справедливости нужно отметить, что подобные бонусы имеют не только белорусы. Например, в Финляндии, где 70% лесов в собственности частных владельцев, их массивы также открыты для каждого, кто желает собирать дары природы.

Важная и довольно затратная обязанность лесоводов — очистка угодий и рекреационных зон от мусора и повышение культуры поведения населения в лесу. Это не быстрый процесс, но сдвиги к лучшему ощущаются. По сравнению с тем, что было 15 лет назад, разница огромная, хотя желающих оставить после себя «грязный след» все еще немало. В 2013 году за создание несанкционированных свалок на землях государственного лесного фонда было оштрафовано 5.500 человек, за январь-сентябрь — 2.800.

— Как можно охарактеризовать место осиповичских лесоводов в лесном хозяйстве страны?

— Коллеги из России, с которыми поддерживаем очень тесные отношения, не раз отмечали, что за годы независимости лесное хозяйство у нас развивалось наиболее быстро и последовательно. Сегодня Беларусь имеет самый высокий — наиболее близкий к стандартам Евросоюза — уровень его ведения среди стран СНГ.

Осиповичский лесхоз — флагман отрасли в производственной деятельности, а Жорновская экспериментальная база — лидер в научных исследованиях. Так что у осиповичского лесоводства огромный потенциал!

Беседовал Дмитрий САВРИЦКИЙ.