Трагедия и мужество лета 1941 года

Мало известные страницы приграничного сражения на территории Беларуси

В день 85-летия со дня начала Великой Отечественной войны есть повод вернуться к событиям первых месяцев упорной и отчаянной борьбы советского народа за собственное выживание и вспомнить о событиях, которые происходили тогда на Западном фронте Красной армии.

Героическая оборона Брестской крепости, тяжелое сражение за Бобруйск, ожесточенное сопротивление Могилёва… А что осталось в тени этих известных эпизодов первых недель военного лихолетья? Вот несколько наиболее драматичных моментов.

Зельвенский прорыв

На третий день войны стало ясно, что окружение соединений РККА в Белостокском выступе неизбежно. Поэтому примерно в полдень 25 июня 1941 года командования 3-й и 10-й армий Западного фронта получили приказ отступать на восток. Предполагалось, что 3-я армия пойдет на Новогрудок, а 10-я — на Слоним. 27 июня советские войска ушли из Белостока. 10-й армии не повезло: она могла двигаться по единственной дороге — шоссе Белосток-Волковыск-Слоним. Пилоты самолетов-разведчиков люфтваффе докладывали командованию, что колонны советских войск растянулись более чем на шестьдесят километров!
Отступали десятки тысяч красноармейцев, бронетехника, грузовые и легковые автомобили, тягачи с артиллерийскими орудиями, обозы и телеги с беженцами. Немецкое командование имело достаточно времени и сил, чтобы перерезать это шоссе в наиболее удобном месте — у поселка Зельва Гродненской области, где топкие берега речки Зельвянки пол­ностью лишали отступающие советские войска свободы маневра.

Ожесточенные бои, в которых части РККА понесли огромные потери, длились до 30 июня. 10-я армия как боевая единица была уничтожена, и только отдельные группы бойцов смогли прорваться сквозь «бутылочное горло» у Зельвы к Слониму и Барановичам.

Командование группы армий «Центр» в своих донесениях особо подчеркивало, что «потери противника убитыми, по единогласным оценкам, чрезвычайно велики». Солдаты Красной армии отказывались сдаваться даже в безнадежных ситуациях, сражаясь до последнего.

Немецкие войска оценивали Зельвенский прорыв как одно из самых ожесточенных сражений начального периода войны: такого массового героизма и самопожертвования от Красной армии они не ожидали.

«Прохоровка» у Сенно

Чтобы остановить стремительное продвижение немецких танковых клиньев к Смоленску, советское командование 6 июля 1941 года предприняло контр­удар силами двух танковых корпусов в районе города Сенно (Витебская область).

К сожалению, немцы после захвата Лепеля получили возможность прослушивать советские телефонные линии, узнали о планах советского командования и подготовили прочную линию обороны, усиленную шестью сотнями танков, мощной полевой и противотанковой артиллерией. С воздуха ее прикрывал 8-й авиакорпус — около 800 самолетов, преимущественно пикировщиков Ю-87, на то время — самых эффективных ударных самолетов. Советской стороной для контрудара было сосредоточено 130 тыс. личного состава, примерно 1 400 танков и 330 бронеавтомобилей 1 500 орудий и минометов, 124 боевых самолета.

По масштабам контрудар у Сенно, который длился до 9 августа, превосходил знаменитое сражение под Прохоровкой, однако он, как отметил в своих мемуарах маршал Георгий Жуков, «из-за плохой организации не дал положительных результатов».

Неотработанная логистика, отсутствие должной координации между танковыми, артиллерийскими и стрелковыми частями и полное господство в воздухе немецкой авиации являлись общей проблемой РККА в начале Великой Отечественной войны.

Под Сенно было уничтожено порядка 800 советских танков — такой была цена задержки наступления немцев всего на несколько дней. Но это промедление позволило выиграть время для организации обороны на подступах к Смоленску, в битве за который стратегия блицкрига потерпела крах.

Трагедия командного состава

Летом 1941 года в боях на территории Беларуси Красная армия понесла огромный урон в личном составе. Безвозвратные потери (убитыми, пропавшими без вести, плененными) составили свыше 340 тыс. человек, санитарные потери — более 76 тыс. человек.

Самым важным пленным стал старший лейтенант 14-го гаубичного артиллерийского полка 14-й танковой дивизии Яков Джугашвили — сын советского лидера Иосифа Сталина.

Его батарея была окружена под Витебском (в районе Лиозно) 16 июля 1941 года. В неразберихе боя Яков Джугашвили и политрук его батареи оказались отрезанными от основных сил и вскоре были взяты в плен. Политрука расстреляли сразу, как того требовал печально знаменитый приказ Верховного командования вермахта, отданный перед началом вторжения в СССР. Яков Джугашвили погиб в концлагере «Заксенхаузен» в 1943 году при попытке побега…

Значимый урон был понесен и высшим начальствующим составом: всего было потеряно около 20 военачальников.

Кроме смерти в бою, плена, несколько генералов были приговорены военной коллегией Верховного суда к высшей мере наказания. Вместе с командующим Западным фронтом Героем Советского Союза генерал-полковником танковых войск Дмитрием Павловым, осужденным за «халатность» и «неисполнение своих должностных обязанностей», были расстреляны начальник штаба Западного фронта генерал-майор Владимир Климовских, начальник связи Западного фронта генерал-майор Андрей Григорьев и командующий 4-й армией генерал-майор Александр Коробков. В приговоре говорилось, что под трибунал они попали за «трусость, самовольное оставление стратегических пунктов без разрешения высшего командования, развал управления войсками, бездействие власти».

Насколько обоснованными были эти обвинения? Ответ на этот вопрос не всегда однозначный: с вермахтом — сильнейшими вооруженными силами своего времени — Красная армия научилась воевать на равных только в 1943 году. А в первые месяцы войны (особенно при прорывах немецких танковых клиньев) система управления была нарушена, из-за чего многие командиры дивизий и корпусов гибли или попадали в плен.

Среди наиболее известных военнопленных — генерал-лейтенант инженерных войск Дмитрий Карбышев. Был захвачен тяжело контуженным в бессознательном состоянии 8 августа 1941 года. Погиб в концлагере «Маутхаузен» — был заживо заморожен эсэсовцами 18 февраля 1945 года.

Судьбу некоторых военачальников, пропавших без вести в первые дни войны, удалось установить только после Победы.

Особенно хочется выделить обстоятельства гибели командующего 6-м механизированным корпусом генерал-майора Михаила Хацкилевича — одного из лучших командиров РККА. В 1945 году стало известно, что отважный комкор погиб под Зельвой 25 июня 1941 года. Танк, который вел в бой лично Хацкилевич, по какой-то причине двигался с открытым башенным люком, и немецкий солдат смог забросить туда гранату. На войне очень многое решает случай…

* * *

85 лет отделяют нас от рокового июня 1941-го. История начала Великой Отечественной войны — это не только хроника поражений и просчетов, но и памятник невероятной стойкости. Каждый эпизод той страшной войны напоминает нам о цене, заплаченной за право на жизнь и будущую Победу. Помнить об этом — наш священный долг перед поколениями победителей.

Дмитрий Саврицкий